Русский солдат, который не сдался
Танкисты, летчики, моряки, разведчики, пехота, медсестрички… Более 20-ти миллионов погибших, пропавших без вести, и миллионы тех, кого дождались. Герои известные и неизвестные. История до сих пор открывает нам все новые и новые страницы Великой Отечественной…
Почти семь долгих лет длилась военная служба для Василия Мурашова. А дома, в Красноуральске, его ждали жена и маленькая дочка. Верили, что вернется живым и невредимым.
Василий с женой
Надеждой приехал на стройку большого медьзавода еще до войны из Махневского района, из деревни, где почти все жители носили одну фамилию – Мурашовы. Окончил курсы бухгалтеров. Успел и поработать. Еще до войны у него родилась старшая дочка – Валентина. Подошли годы – в сентябре 1939-го отправился служить в Красную армию, был кавалеристом. Мирная служба закончилась 22 июня 1941-го.
Скакал на лошади, а стал минометчиком, артиллеристом. После учебы, в сентябре 1942 года, был назначен командиром орудийного расчета 45-ти миллиметровой противотанковой пушки. Воевал на Ленинградском фронте вплоть до снятия блокады. Когда убило командира батареи, его назначили комбатом. Так и бил он всю войну по фашистским танкам.
Великую Отечественную Василий закончил в Германии. Но, в целом, мирная жизнь для красноуральца Мурашева не наступила. Сначала его направили готовить военные кадры, а затем – в Японию. Здесь, в 112-й стрелковой роте, он был парторгом.
- Мы часто вели с отцом душевные разговоры и особенно – в День Победы. Сядем, выпьем стопочку за помин души тех, кто не пришел с войны, и за долгие лета тех, кто вернулся. Течет беседа… – рассказывает сын фронтовика – Сергей Васильевич. – Про Японию он мало рассказывал, только то, что запомнилось больше всего: как ехали на поезде вдоль Байкала, а вода в озере чистая-чистая, все камешки на дне видно. А про Великую Отечественную рассказы были другие. Помню, говорил, как выходили с однополчанином из окружения. Отец нес затвор от пушки, снег глубокий. Шли след в след. Вовремя заметили немцев на мотоцикле и под мост спрятались, да только следы-то все равно видны! Фрицы остановились и кричат: «Рус, выходи! Сдавайся, стрелять не будем!» Солдат, который с отцом шел, стал его просить – давай, мол, выйдем, обещают, что ничего не сделают, не убьют. Пусть плен, так хоть живыми останемся. Но папа не пошел – не сдается русский солдат, а товарищ его на мост вышел. Через некоторое время послышались крики, а затем мотоцикл уехал. Отец еще подождал немного и выбрался наверх. Лежит его однополчанин на спине, в сердце штык воткнут, а на лбу звезда вырезана…
- Еще была история, как во время наступления в одной деревне их батарея успела людей спасти. Заперли фрицы сельчан в амбар да подожгли, уже и крыша занялась. Сбили засов на двери, никто не погиб, – продолжает сын рассказывать об отце. – Не помню уж в каком, но в небольшом городке, немцы засели на колокольне. Никак не выбить – лупят из пулемета, не подпускают наших. Дал комбат приказ: Василию Мурашову погасить огневую точку. Первый залп – недолет, второй – перелет, третий – нет колокольни, и немцев нет…
Василий Мурашов вернулся домой в июне 1946 года. На груди – три медали «За отвагу», орден красной звезды, медаль за оборону Ленинграда. Его служба продлилась почти семь лет. В мирной жизни пришлось вспомнить довоенную профессию. Так бухгалтером, а потом и главным бухгалтером красноуральского стройуправления Василий Иванович и трудился. Вместе с супругой Надеждой они вырастили четверых детей. - Папы не стало в 1993-м, но в моей душе он всегда со мною рядом, – говорит сын…
